Последний Новый Год

Последний Новый Год

Посвящается Амбросу Бирсу.

Александр шел к себе домой. Его путь лежал по окраине города. Старые полусгнившие деревянные дома были здесь единственными строениями, не считая покосившихся сараев и сломанных заборов. Единственное, что вносило радость в этот пейзаж, были деревья. Голые исполины каштаны, тополя и клены. Своими огромными кронами они стремились ввысь, как бы показывая людям превосходство природы и гармонии над их жалкими творениями. По соседству более скромно стояли красавицы березы. Александр остановился. Рассматривая кроны гигантов, он подумал о том, какими красивыми они должны быть летом, когда легкий ветерок колышет их зелёные листья. Но, увы, сейчас была зима, тридцать первое декабря тысяча девятьсот девяносто пятого года, через несколько часов наступит новый год. Юноша тяжело вздохнул и продолжил свой путь, оставляя на чистом снегу свои следы. На улице людей почти не было, начало темнеть, а в такое время гулять было небезопасно, даже в Новый год.
Дома его ждала остывшая печь, последний запас дров он сжег еще утром. Свечей в доме тоже не осталось, а электричества не было в их округе уже три недели, на станции произошла авария, которую ни как не могли ликвидировать.
В углу небольшой комнатки стояла кровать, Саша устало направился к ней. Старинная кровать досталась им с братом в «наследство» от прежних хозяев, и была необычайно мягкой, сев на нее, он испытал чувство относительного комфорта и всю тяжесть проходящего дня. Саша взглянул на фотографию, висевшую на стене. Ей было полгода, со снимка на него глядели жизнерадостные и улыбающиеся лица отца, матери и старшего брата Владимира. Снимок был сделан за две недели до несчастного случая. Недалеко от села, где они жили, с обветшалого моста в реку упал автобус. Спаслось всего два человека, но их мамы и папы среди выживших не оказалось.
Брат пережил трагедию ещё сильнее, чем младший, Саша. После похорон родителей они решили перебраться в город, подальше от места случившегося несчастья.
Квартиру братьям дали здесь, на самой окраине, в двухэтажном аварийном домике. За недолгое время, которое они прожили на новом месте, друзей им приобрести так и не удалось. Осенью брата призвали в армию, и Саша остался один… Источником его дохода была временная работа по разгрузке на вокзале, но сегодня работы не было, и мальчик остался без денег.
Непреодолимое чувство душевной тяжести все больше тяготило его. Боль становилась все невыносимее. Саша заплакал. Внезапно он понял, что груз проходящего дня, последнего в этом году, несёт в себе и тяжесть всего уходящего года, который был для него самым тяжелым годом в его небольшой жизни.
Рядом с кроватью, на тумбочке лежала открытая банка мясных консервов, оставшаяся со вчерашнего дня. Юноша соскреб ножом остатки холодной свинины и съел её без всякого аппетита, больше есть было нечего. Протянув руку, Александр включил магнитофон, работающий на батарейках. Из динамика, дребезжа, вырвались звуки заунывной песни группы «Кью», за ней следовали печальные блюзы Тома Уэйтса и Ника Кэйва, который «разлагал» собственную мелодию на «атомы» и текстами подчеркивавшими ее фатальность. Этот сборник, Володя любил слушать больше всего, ему нравился стиль песен, — «Он перекликается с моим видением мира», — часто говорил брат. Владимир даже подумывал взять кассету в армию, но потом все-таки оставил Саше.
Под музыку мальчик заснул, укутавшись двумя одеялами, прямо в одежде. Его разбудили далекие выстрелы салюта. Наступил Новый год, но голосов на улице слышно не было. Темнота и одиночество напали на подростка с еще большей силой, чем раньше. Во сне ему приснились родители и брат. Они были вместе, как на фотографии, а он — где-то далеко, далеко от них…
Саша подумал о брате. Как хорошо если бы он был сейчас рядом с ним. Необъяснимое чувство утраты, чего-то еще большего, чем прошедший год, властвовало в душе Александра. Он плакал.
Он не мог знать, что вчера вечером, под Грозным, погиб последний близкий ему человек… Ощущение боли в сердце становилось все нестерпимее, но это была не физическая боль, а боль душевная.
Саша не знал, что будет дальше, что ждет его в новом, только что наступившем году. Он вспомнил, что в Новогоднюю ночь, если загадать желание, оно должно обязательно сбыться. Так ведь считали испокон веков. Александр закрыл мокрые от слез глаза и загадал…

Никто в округе не заметил исчезновение юноши, как никто не обратил внимания на то, что неподалеку от Сашиного дома появился еще один большой и раскидистый клен. Утром сонные обитатели городской окраины вышли на улицу и отправились по своим делам, не замечая ни каких перемен. Лишь одна старая женщина, которая никогда не выходила на улицу, а смотрела только в окно, утром, первого января, подойдя к своему «наблюдательному пункту» и прищурив свои полуослепшие глаза, вгляделась в даль, в сторону деревьев, и произнесла дребезжащим, старческим голосом:
— Да, раньше всё было по-другому…

Утро стояло свежее, на небе не было ни единого облачка. Зимнее солнце ярко освещало окраину города. В свете дня казалось, что деревья простирают свои ветви к солнцу ещё упорнее. Они терпеливо ждали весны, когда на ветвях появятся первые почки, а летом нежный ветерок будет колыхать их зелёную листву.

Декабрь 1995 г.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *