ОДИНОКИЙ ПОПУТЧИК

ОДИНОКИЙ ПОПУТЧИК

Мерием заметила его еще в центре города, в супермаркете. Он стоял неподалеку от неё и выбирал футболку с подходящим рисунком. Мерием зашла сюда, чтобы купить красивый розовый бюстгальтер, который она присмотрела еще два дня назад. В магазине почти не было людей, и она обратила на этого человека своё внимание, потому что он стоял к ней ближе всех остальных. Но больше её занимала будущая покупка. Она хотела понравиться сегодня ночью своему мужу, и знала, что ему будет приятно увидеть ее в новом лифчике. Мужчина, казалось, тоже был поглощён выбором футболки и не смотрел в сторону девушки.
Второй раз Мерием отметила Его своим взглядом у кассы. Он стоял за ее спиной, готовясь расплатиться за свою покупку. Третий раз она заметила Его на улице, человек шел следом за ней. Тогда Мерием казалось, что это было просто совпадение, сейчас она была твердо уверена, что это не случайность. Он зашел следом за ней еще в два магазинчика, находившихся по дороге. Сначала Мерием еще не совсем отдавала себе отчет в происходящем, но теперь она ощущала тревогу. Ей казалось, что мужчина, идущий следом — маньяк, злодеяния которого вот уже второй месяц будоражат штат.
Зимой вечер наступает быстро, рано темнеет. Пройдя два квартала к автобусной остановке, она заметила, что на улице уже совсем темно.
Свет фонарей, включенный фар проезжающих мимо автомобилей, да горящая на зданиях реклама лишь слегка рассеивала мрак. На остановке девушка обернулась, чтобы убедиться в том, что человек по-прежнему рядом. Мужчина стоял в нескольких метрах от нее. И тут Мерием слегка успокоилась, допустив мысль, что он просто случайно оказался рядом с ней в эти минуты. Незнакомец не обращал на нее никакого внимания. Напротив, стоял спиной, рассматривая рекламный щит. Она могла, сейчас, пока он ее не видит, затеряться в толпе людей, ожидавшей свои автобусы, но сразу отогнала эту мысль.
«Вот еще, чего это ради я должна бегать от каждого человека, только потому, что он по чистой случайности прошел со мной несколько кварталов, и сейчас, как и многие другие, ждет своего автобуса?» — подумала Мерием.
На остановке было много людей, как и она, спешивших домой или в гости. От этой мысли, ей стало хорошо и спокойно. Девушка тоже повернулась спиной к незнакомцу и стала, как и он, разглядывать уже известные ей рекламные афиши. К остановке подъезжали и отъезжали все новые и новые автобусы, увозя своих пассажиров. Их сменяли другие люди, ожидающие как и она своего автобуса. Мерием уже начала забывать о своем попутчике. Через несколько минут, к остановке подъехал и ее автобус. Сев в него, она бросила беглый взгляд на улицу. Мужчины видно не было. Тогда девушка совсем успокоилась. «Очевидно, он уже сел на свой автобус раньше меня», — заключила Мерием. Она заняла удобное место и стала смотреть в окно, на дома, которые проезжал автобус.
Только через несколько остановок она перевела свой взор от окна в салон. Сердце ее испуганно затрепетало. Через несколько сидений, прямо напротив, сидел ее преследователь, в руке он держал бумажный сверток. Заметив ее взгляд, он улыбнулся. Мерием инстинктивно опустила глаза. Внезапно ее охватила паника, захотелось вскочить, и с криком выбежать на остановке к которой подъезжал автобус, но гордость удержала. «Глупая гордость…» — подумала Мерием через минуту, когда автобус отъехал от остановки.
Мерием была довольно привлекательной девушкой: невысокого роста, брюнетка с большими, яркого накрашенными губами. Это, как ей казалось раньше, не могло оставить равнодушным ни одного мужчину. Теперь это стало его бедой. Еще теплилась какая-то надежда на случайность их совместного следования. В автобусе были люди, и ей стало от этого спокойней на душе. Девушка надеялась. Что мужчина выйдет раньше или позже, только не на той остановке, где выходит она.
Тем временем автобус выехал за город. Людей в салоне заметно поубавилось, и Мерием внезапно пришла мысль, что сейчас она находиться в роли кролика, не смеющего изменить свою судьбу и ждущего смерти от удава. «Возможно, мне осталось жить не больше часа или даже меньше», — подумалось ей. Она представила, как ее муж Майкл проснется рано утром, когда полицейская машина подъедет к дому, и грузный детектив постучится в дверь. Как будет несколькими днями позже проходить траурная процессия…
Ход ее мыслей прервался, когда она взглянула в окно. Автобус стоял на остановке, из него вышли несколько человек. «Попутчик», как и прежде, сидел напротив, глаза у него были закрыты.
«Возможно, он задремал и не проснется на моей остановке…» — мысленно попыталась обнадежить себя девушка. Кроме них в автобусе находились еще две парочки, да пожилая женщина лет шестидесяти пяти с двумя сумками. Мерием узнала в ней свою соседку, миссис Дэвис, живущую на другой стороне от дороги, километра за два от дома. У девушки появилось желание подойти к ней и завести разговор:
«Добрый вечер, миссис Дэвис! Откуда это вы так поздно возвращаетесь?», — но все та же гордость не позволила сделать этого. Дело в том, что полгода назад Майкл случайно задел «фордом» ее маленькую собачонку. Болонка отделалась легким испугом, но отношения с миссис Дэвис были испорчены навсегда. Мерием представила, какой миссис Дэвис получит подарок от дьявола, узнав, что, ее — Мерием — больше нет в живых… Тут девушка окончательно отбросила мысль заводить разговор и, отведя взгляд, решила поближе рассмотреть своего «попутчика», пока тот дремал. На вид ему можно было дать лет тридцать. Довольно симпатичное лицо. Не как у маньяков из фильмов», — отметила Мерием. Черные волосы виднелись из-под зимней шапки. Такого же цвета были его пышные усы. Шею украшал клетчатый шарф, заправленный за воротник рыжей дубленки, ниже были надеты синие джинсы и черные кожаные сапоги. В руке он держал небольшой сверток. Мерием представила, что в нем завернут пистолет, из которого он будет стрелять в нее.
Тем временем автобус затормозил еще на одной остановке, из него со смехом выбежали молодые люди и быстро пошли вдоль дороги. Теперь в автобусе остались только она, ее преследователь со свертком в руках, и миссис Дэвис, не считая, конечно, водителя, сидевшего в кабинке. Следующая остановка ее и почти наверняка этого маньяка: дальше автобус проезжает еще три остановки и делает круг. Там находится небольшое селение, куда в такие часы редко кто ездит на автобусе.
«Как здорово было если бы на остановку пришел Майкл, но он не придет, думая, что я осталась у своей подруги», — размышляла Мерием. Ее взгляд опять упал на спящего человека — маньяка, терпеливо выжидающего пока она — его жертва — встанет при приближении остановки. Возможно, он и сейчас не дремлет, а смотрит с вожделением на нее сквозь прищуренные веки. При этой мысли Мерием мгновенно отвела от него свой взгляд. Она представила, как подъедет к остановке автобус, откроются двери, маньяк все еще будет сидеть с закрытыми глазами, не дрогнув ни единым мускулом. Она вскочит и выбежит из автобуса. Возможно, тут же упадет в сугроб, споткнувшись впопыхах о ступеньку. Чинно выйдет миссис Дэвис, не обращая внимания на Мерием, перейдет через дорогу и пойдет по направлению к своему дому. Затем маньяк откроет глаза, сделает вид, что чуть не проспал остановку, выскочит из закрывающихся дверей, прижимая к себе сверток с пистолетом. Увидев лежащую на снегу девушку, поможет ей встать и выбраться из сугроба, а затем спросит:
«- Вы не сильно ушиблись?
— Нет, спасибо.
— А я вот чуть свою остановку не проспал. Вам случайно не в ту сторону?» — продолжит он, указывая по нужному ей направлению.
«- Да, нам, видимо, по пути», — ответит она, и они двинуться в сторону ее дома. Но не пройдя и десяти шагов, он случайно выронит на землю свой сверток. Из него, уткнувшись в снег выскользнет небольшой пистолет. Маньяк схватит его одной рукой, другой крепко держа Мерием за хрупкую руку и совершенно изменившимся, похолодевшим голосом потребует ее сумочку. Обнаружив, что там всего пятьдесят два доллара, решит, что займется ими позже и, откинув сумочку с деньгами в сторону, грубо повалит Мерием в сугроб и надругается над ней. Она, конечно, будет сначала сопротивляться, но потом откажется от борьбы с более сильным противником, а он, закончив свое дело, снимет с предохранителя свой маленький пистолет, и разрядит всю обойму в ее тело. Затем возьмет из сумочки пятьдесят два доллара, развернется и пойдет прочь по пустынной дороге по направлению к городу. А она, мертвая, будет лежать на заснеженном пустыре. Мелкий снег за ночь скроет на недели две-три следы преступления…
Ход мысли был прерван остановкой автобуса. Мерием медленно встала и направилась к выходу. Следом за ней к дверям подошла миссис Дэвис. Мужчина все еще сидел с закрытыми глазами. Как только двери открылись, Мерием выскочила из автобуса, но, споткнувшись о ступеньку, упала в сугроб. Миссис Дэвис спокойно, но с излишней осторожностью вышла из автобуса и, «не замечая» Мерием, стала обходить автобус, чтобы перейти дорогу и уйти прочь от места приближающейся трагедии. Мужчина, сидевший в автобусе, внезапно открыл глаза и, прежде чем двери захлопнулись, успел выскочить из него. Увидев лежащую на снегу девушку, он помог ей подняться на ноги. Автобус медленно пробуксовывая, начал отъезжать по обледеневшей дороге. Мерием взглянула на мужчину, помогшего ей встать. Попутчик приятно улыбнулся и спросил:
— Вы не сильно ушиблись?
— Нет, спасибо, — ответила Мерием.
— А я вот свою остановку проехал… Вы не подскажете, где ближайшая остановка в обратном направлении?
— Там, — ответила девушка, показывая дрожащей рукой в сторону, откуда только что приехал автобус. — Метров за двести , добавила она.
— А нам случайно не по пути?
— Нет, мне туда, — ответила Мерием, указывая в противоположную сторону, по направлению к своему дому.
— Ну, тогда, прошу меня покорно извинить, — улыбнувшись, сказал ее попутчик, и тут у него из руки случайно выпал бумажный сверток. У мужчины мгновенно изменилось выражение лица, оно приняло несколько озадаченный вид. У Мерием похолодело сердце. Неужели слабо теплящаяся надежда так быстро уходит от нее?
Человек нагнулся, и поднял развернувшийся сверток.
— Вот черт, хорошо, хоть не испачкал их, — сказал он, пытаясь заново упаковать купленные в супермаркете футболки.
— До свидания, мисс, — добавил он, улыбаясь. И повернувшись, быстро зашагал в сторону остановки на обратный рейс автобуса. Мерием с облегчением посмотрела ему вслед, затем перевела взгляд на удаляющуюся фигуру миссис Дэвис.
Через пол минуты она шагала в сторону дома, удаляясь от своего «преследователя» с удвоенной скоростью. «Интересно, понравиться ли Майклу мой новый бюстгальтер, задала она себе волновавший ее прежде вопрос. И вспомнив о Майкле, тут же добавила вслух:
— Надо будет ему сказать, чтобы помирился с миссис Дэвис.

***

Третье апреля тысяча девятьсот девяносто шестого года принесло с собой долгожданное тепло. На улице термометр показывал сорок три по Маренгейту1. Светило солнце. После продолжительной и довольно холодной зимы наконец наступила первая оттепель. Снег, выпавший в октябре и пролежавший все это время, только теперь начал таять. Весь штат радовался приходу весны. Люди в этих краях не привыкли к таким долгим холодам, столь продолжительные зимы были тут явлением редким.
Пожалуй, единственным человеком, который не был доволен оттепелью, являлся Вилсон, лейтенант сыскной полиции. Стоя у окна в своем кабинете, он выкуривал уже третью сигарету подряд. Мысли искали зацепку в расследовании предстоящего дела, а взгляд был устремлен на стоящий у противоположной стороны дороги красный «фольксваген». На подоконнике, рядом с пепельницей, лежала полупустая пачка «честерфилд». Полицейский чувствовал, что не может нащупать нужный подход; мысли то и дело уходили в сторону. Внезапно он понял, что его раздражает цвет старого автомобиля, и детектив отойдя от окна, сел за рабочий стол.
Вилсон проникся глубокой ненавистью к преступнику, совершающему убийства вот уже полгода. Это чувство было вызвано невозможностью что-либо изменить. Маньяк, насилующий и убивающий своих жертв, все это время искусно заметал за собой следы.
Но сейчас ситуация была немного отличной от прошлых. Дело в том, что Вилсон сам находился в районе убийства в тот вечер, только некоторым временем раньше. Как предполагал лейтенант, он мог даже видеть убийство, если бы не шел по дороге в другую сторону. Ну и конечно смог бы получить неплохую премию от штата за поимку маньяка. Вилсон снова попытался напрячь память и вспомнить все подробности предшествующей трагедии. Это было нелегко. Осознание того, что преступник, за которым он охотился, находился рядом и ускользнул, не будучи даже замеченным, и вызывало в душе полицейского мрачное настроение.
По вечерам Вилсон гулял по городу, заходя в магазины и бары. Простому обывателю могло показаться со стороны, что перед ним самый обыкновенный служащий, который после рабочего дня не спешит домой. Возможно, там его никто не ждет. Вероятно, он в ссоре с женой, а, может быть, ее просто нет. В таких ситуациях мужчина идет либо к друзьям, либо гуляет по городу, заходя в бары, кинотеатры или клубы, во множестве расположившиеся в центральной части сити. Такое впечатление было отчасти ошибочным. Дома Вилсона действительно никто не ждал, но лишь потому что жена и дети привыкли к его позднему возвращению. Они знали, что глава семейства ловит преступника.
Идея лейтенанта состояла в том, чтобы попытаться вникнуть в психологию убийцы, постараться где-то стать похожим на него, а именно: гулять по вечернему городу, присматриваться к потенциальным жертвам, прослеживать их путь… Это, как казалось детективу, должно было помочь приблизиться к маньяку, хотя бы на шаг ближе. Другие варианты были исчерпаны давно, и лишь такой подход давал шанс хоть как-то нащупать убийцу — опытный маньяк не оставлял полиции ни одной улики, известно было лишь что преступник, убивший, за полгода восемь женщин, был предположительно водителем автомобиля, работающего на дизельном топливе, и убивающий своих жертв из незарегистрированного пистолета тридцать восьмого калибра. Исключение было лишь в случае с миссис Мерием Коул, которую задушили купленным ею же самой бюстгальтером… В трех случаях, правда, были очевидцы, но ни один из них так и не смог толком описать убийцу.
Постепенно детектив начал восстанавливать в памяти цепь событий того злосчастного вечера:
«Заметил я ее еще в супермаркете. Там было немноголюдно. Она стояла в отделе женского белья. Мне сразу показалось, что именно такая женщина может привлечь к себе убийцу — невысокого роста, симпатичная брюнетка. Высокие сапоги, такого же цвета чулки. Манящая мужчин короткая красная юбка, меховое пальто. Да, меня она заинтересовала, и я, стараясь не вызывать подозрения, начал за ней наблюдать. Там же, в магазине, я приобрел себе пару футболок и попросил завернуть их в пакет. Мы посетили еще несколько магазинов и потом девушка пошла на автобусную остановку. Мне показалось, что она заметила слежку, но после я понял, что ошибался. Если бы она обнаружила, что ее преследуют, то обязательно обратилась бы за помощью. На автобусной остановке я делал вид что разглядываю рекламные стенды, пока не подошел нужный ей автобус. Он шел по 101-му маршруту. Пока в автобусе было много людей, она не обращала на меня никакого внимания. Но, когда мое присутствие было обнаружено, я прочитал на ее лице тревогу. Чтобы немного ее успокоить, я улыбнулся. Девушка быстро отвела взгляд. Вторую половину пути я делал вид, что сплю. Когда мы подъехали к ее остановке в салоне, находилась лишь пожилая женщина, вышедшая вместе с нами. В дверях девушка неудачно оступилась и упала в сугроб. Я помог ей подняться. Мы обменялись несколькими словами и я направился на остановку автобуса, идущего в обратную сторону. Вокруг нас никого не было, пожилая женщина, перейдя дорогу, удалялась в противоположном направлении. Да! У меня еще выскользнул из рук сверток с футболками и упал в снег. Помню, мне было тогда за себя слегка неловко.
Мы разошлись. Я не видел больше смысла преследовать девушку. Она пошла к дому, а я по дороге в город. Автобус должен был быть только через сорок минут и я решил пройти остановку пешком. Но зря, как зря! Ведь кто-то же был там в эту ночь. Этот «кто-то» наблюдал за нами, скорее всего — из леса, иначе я бы его заметил. Маньяк терпеливо выжидал свою жертву. А я был от него так близок…»
Плохое настроение еще сильнее овладело Вилсоном.
В кабинет вошел сержант Паркс — грузный полицейский, прослуживший в их отделе уже шесть лет.
— Не грусти, Вилсон, найдем твоего потрошителя.
— Найдем… — неуверенно ответил лейтенант.
— Я осмотрел все вокруг, как ты просил, но сумочки не обнаружил.
— Странно. Вероятно, он забрал ее с собой. Впрочем, это на него не похоже.
Послушай, а может мы имеем дело со схожим убийством и теперь у нас есть еще один маньяк?
— Не говори ерунды , Вилсон. Экспертиза показала, что насиловал тот же человек.
— Но изменился характер убийства. Если в других случаях маньяк насиловал женщин, а потом стрелял, то тут мы видим, что женщина вначале была убита, причем удушена, и исчезли ее личные вещи. Раньше преступник отказывался от «трофеев», брал только деньги.
— Не выдумывай, Вилсон, — второй раз парировал Паркс, — более вероятно, что сумочку забрал кто-то из местных.
— Там поблизости никто и не живет. Разве что эта… как ее?
— Миссис Дэвис?
— Да, она.
— Правильно, она и обнаружила труп.
— Ее допросили?
— Говорит, что в последний раз видела миссис Коул в середине декабря, ехали вместе на одном автобусе из города, но не разговаривали. Они были в ссоре. Давняя история, говорит что муж убитой покалечил ее собачку своим автомобилем. В автобусе ехал еще один подозрительный тип в клетчатом шарфе, но старуха его не разглядела. Он вышел с ними на одной остановке, но миссис Дэвис клянется что почти сразу ушел. Миссис Коул тогда была еще жива. Мы хотели установить личность этого человека, но старуха ссылается на плохую зрительную память.
— Когда она обнаружила труп, сумочка там была?
— Это мы не узнавали.
— Пожалуй, стоит мне проехаться туда еще раз. Уточню детали насчет сумочки.

Когда тормоза «плимута» Вилсона скрипнули у дома миссис Дэвис, на улице стоял полдень. У пожилой женщины действительно была плохая память на лица. Она не узнала полицейского.
— Скажите, миссис Дэвис, когда вы обнаружили свою соседку мертвой, поблизости ничего не было?
— Не, офицер, — подумав, ответила женщина. — А что там должно было быть?
— Да нет, миссис, просто мы не нашли сумочку Мэрием…
— Нет, офицер, сумочки я не видела, снег ведь только начал сходить, может она под снегом?
— Мы все осмотрели… — Вилсон отметил, что пожилая леди довольно спокойна при воспоминании о погибшей. — В-, кажется, не были дружны с миссис Коул?
— Уж не думаете ли вы на меня? — сиронизировала Дэвис.
— Ну что Вы, миссис…
— Видите-ли, офицер, около года назад ее муж Майкл Коул на своем драндулете сшиб мою бедную Долли, бедняга чуть не умерла.
— Долли! Кто это? — спросил Вилсон, делая вид, что не слышал этой истории, и не в курсе, что у старухи есть животное.
— О, это моя собачка! Сейчас она где-то гуляет.
— Я люблю собак, — солгал детектив. — А какой она у вас породы?
— Болонка, — оживилась миссис, увидев в полицейском тонкого ценителя прекрасного. — А какие собачки вам больше нравятся?
— Белые, маленькие болонки, — солгал вновь Вилсон. Он терпеть не мог никакую тварь.
— У вас тоже есть болонка? — не унималась миссис Дэвис, увидев в Вилсоне человека со схожими интересами.
— Да. Миссис Дэвис, скажите, а не заметили ли вы чего-нибудь странного, когда возвращались домой в тот вечер? — спросил лейтенант в надежде услышать правду в обмен на ложь.
Леди на секунду задумалась.
— Пожалуй… Теперь я вспоминаю… пройдя метров двести, я обернулась. Миссис Коул видно уже не было, мужчина, ехавши вместе с нами, еще был в поле зрения, но находился далеко. Знаете, сразу после остановки, метров за сто, дорога делает поворот. Так вот — автобус, который нас привез, заехав за поворот, остановился. Мне были видны его маленькие красные огоньки.
Детектив оживился. Вот оно! Недостающее звено в цепи, такое очевидное!
Автобус, работающий на дизельном топливе…
— Миссис Дэвис, а больше вы ничего не видели? — в голосе лейтенанта прослеживалась с трудом сдерживаемая эйфория. Конечно, преждевременные выводы делать пока было еще рано, но сейчас детектива вновь посетило давнее, профессиональное чувство того, что он ухватил верный след. Обычно интуиция его не подводила.
— Рядом с автобусом стоял человек, вернее поодаль, ближе к остановке.
Скорее всего — водитель. Кажется, он двигался от дерева к дереву… О, Боже!… Неужели это — он? — от такой мысли пожилая женщина даже испугалась.
— Нет, нет, миссис Дэвис, это не он, с ним мы уже беседовали, водитель вне подозрений -успокоил ее полицейский.
— Ой, а я так испугалась… Офицер, может быть выпьете чашечку кофе? Я покажу вам фотографии моей собачки.
— Нет, премного благодарен, служба… — смотреть на снимки животного Вилсон не хотел. Более того, он был благодарен судьбе, что не повстречался с собакой старухи, что избавляло от демонстрации своих притворных чувств дружбы к болонкам. Сейчас мысли полицейского были заняты водителем автобуса.
С маленькой Долли Вилсон все же столкнулся, когда подъезжал к дому Коула. Противная тварь выскочила из леса и чуть не угодила под колеса «плимута». Полицейский вовремя затормозил, но секундой позже пожалел об этом. Болонка теперь стояла на почтительном расстоянии от автомобиля и поливала Вилсона отборнейшим матом на собачьем языке. Полицейский этого не любил. Собака сопровождала «плимут» до самого дома Коула. Офицер подумал, что старухе не следует отпускать на улицу свою псину, потому как та отнюдь не набирается здесь хороших манер.
Навстречу с крыльца спустился рослый молодой мужчина в черных джинсах и коричневого цвета нейлоновой куртке. Он нагнулся, делая вид, что ищет камень. Собаке этот жест, видимо, был знаком, и она, прекратив брань, слегка поскуливая от страха и опасности отведать соседского гостинца, поспешила скрыться в кустах. Детектив открыл дверцу машины.
— Мистер Майкл Коул?
— Да. А вы, вероятно из полиции?
— Верно. Детектив Вилсон. Мне поручили расследовать дело…
Лицо Майкла приняло скорбный вид.
— Сегодня утром ко мне приезжал ваш офицер, такой полный…
— Да, я в курсе, это был Паркс, наш сержант.
— Он сообщил мне… — тут голос Коула осекся.
— Приношу свои соболезнования. У меня к вам пара вопросов…
— Да, пожалуйста.
— Скажите, у вашей жены была сумочка?
— Да, была… Коричневого цвета.
Взгляд Вилсона непроизвольно упал на куртку вдовца.
— Так. Теперь — когда вы сообщили полиции о исчезновении жены?
— На следующий день, когда узнал, что она не осталась ночевать у подружки в городе.
— Поблизости от вас живет кто-нибудь работающий на автобусе?
— Нет.
— Ну, что-же, извините за вторжение, у вас траур. Можете позвонить нам по телефону дня через два, я поставлю вас в известность о ходе расследования.

В городе на автобусной станции Вилсон установил, что по 101-му маршруту в этот злополучный день ездили шесть водителей. Но поздно вечером только двое: Оливер Санфильд и Карл Харнер. В соответствии с путевым листом оба укладывались в установленное графиком время без опозданий. На работе обоих характеризовали как хороших водителей. В отделе кадров, по просьбе лейтенанта, его снабдили фотографиями одного и другого.
Версию, что убийцей вполне мог оказаться водитель автобуса, конечно, следовало проверить. На этот час она казалась наиболее правильной. С чувством приближающейся развязки Вилсон подъехал к полицейскому управлению.
Через час, сидя у себя в комнате инспекторов, за чашкой горячего чая, лейтенант мог позволить себе распечатать новую пачку «Честерфилд». На столе лежали заявления трех очевидцев, видевших в разное время маньяка, но так и не сумевших его описать. Теперь как один они указывали на фотографию Карла Харнера. Все трое божились, что именно его они и видели на местах преступлений. Дело оставалось за малым — арестовать ХАРНЕРА по подозрению в изнасилованиях и убийствах. Сейчас он, ничего не подозревающий, крутит баранку своего автобуса, а через полчаса будет в руках у него — Марка Вилсона.
«Плимут» стоял поблизости от станции в ожидании прибытия автобуса. Детективы Вилсон и Паркс переживали сейчас ответственные минуты. Судьба не заставила их долго терять время. Вскоре подъехал человек на которого они должны были надеть наручники. Хлопнув дверьми, полицейские вышли из машины. Водитель, покинувший автобус, увидев двоих подозрительных ему людей и почуяв опасность устремился назад.
— Харнер, стой! Полиция! — крикнул Паркс, доставая из кобуры свой «люгер».
В ответ прозвучали два выстрела. Пули просвистели в нескольких метрах от полицейских. Очевидно было, что шофер стрелял не прицеливаясь. Тем не менее, Паркс рухнул на свой шарообразный живот и послал в ответ три пули. Вилсон ограничился просто легким присестом. В его руках блеснул «Смит-энд-Вессон» .
— Бросай оружие! — вопил лежащий на дороге Паркс, для пущей убедительности сделав еще два выстрела.
Вилсон пока не стрелял.
Из-за автобуса послышался еще один выстрел, на сей раз пуля прошла в нескольких сантиметрах от головы лейтенанта. В ответ Вилсон уложил четыре пули в сторону где прятался Харнер. Паркс, сделал еще один выстрел. Больше в его обойме патронов не было.
— Харнер, выход! — крикнул лейтенант.
Шофер не отвечал. Две из четырех пуль Вилсона, нашли свою цель. Одна попала в левое предплечье, вторая прямо в центр лба…
К вечеру того же дня экспертиза дала ответ, удостоверяющий, что Харнер был тем лицом, которого искала вот уже пол года вся полиция штата.
Утром следующего дня лейтенант снова посетил Майкла Коула.
— Значит, убит… — с чувством облегчения повторил вдовец.
— Убит… Правда, сумку вашей жены мы так и не нашли. Вероятно, он успел от нее избавиться.
Когда «плимут» детектива скрылся из вида, Майкл Коул перевел дух. Он зашел в дом и набрал хорошо знакомый ему телефонный номер.
— Алло, Сюззи, это ты, моя дорогая? Жди, я скоро приеду. У меня радостные новости.
Майкл опустил трубку и пошел на кухню налить себе виски. Он даже не предполагал, что все так мило закончится.

В ту ночь Коул не ожидал, что Мерием вернется домой. Жена должна была остаться у подруги в городе, но вернулась…
Открыв дверь своим ключом, она повесила в коридоре сумочку и, не раздеваясь, поднялась на второй этаж, в спальную. Увидев там своего мужа с любовницей, она просто упала в обморок.
Майкл любил свою жену, но Сюззи любил тоже, и даже сильнее. Интересно, как бы вы поступили на его месте, окажись в подобной ситуации? А он… он просто растерялся. Потом пришел страх. А каково было бы вам посмотреть в глаза своей половине в момент, когда она застукала вас за прелюбодейством, да еще вдобавок, в собственной постели? Майкл очень не любил скандалов, а он в такой ситуации неминуем, как, впрочем, и развод. Делить совместное имущество, конечно, не хотелось… В такие минуты различные мысли проносятся с огромной быстротой. Майкл принял решение. Он не дал ей придти в себя. Шокированная Сюззи зажалась в углу, широко раскрытыми глазами наблюдая за происходящим. Майкл душил жену нежно-розовым бюстгальтером, зачем-то так некстати оказавшемся у нее в руках.
То, что должно показаться вечностью, пролетело в считанные секунды.
К вопросу о избавлении от тела собственной жены убийца подошел просто. Он отнес его к дороге и там бросил в снег. Прятать где-либо бессмысленно. Снег сам надолго скроет все следы. Так оно и было бы, но… За Майклом наблюдали. Харнер, водитель автобуса, стоял за деревьями и смотрел, как какой-то мужчина нес, а затем бросил в сугроб девушку, подобно ставшей ненужной вещи, превращенной в хлам.
Харнер, который немногим раньше уже положил свой взор на Мерием, предусмотрительно остановил за поворотом пустующий автобус и теперь искал ее в темноте. Он опоздал. Девушки нигде не было видно. «Быстро ушла», — раздосадовано подумал маньяк. Повернув было обратно, он заметил несущего что-то на плечах человека. Когда тот подошел ближе, Харнер разглядел то, что было ношей мужчины. Словно официант, подносящий на блюдечке аперитив, Майкл нес «заказ» маньяка. Та, на которую он охотился, теперь была схвачена другим и выброшена в снег.
Иметь дело с трупом водителю автобуса раньше не доводилось, но создавшаяся ситуация его сильно возбудила. Для маньяка это было ново…
Перед тем как уйти, он подумал забрать с собой лифчик, которым была задушена девушка. Майкл принес сюда и его. Бюстгальтер можно было применить во-первых для шантажа, во-вторых — в качестве оружия для других убийств… Идея шантажа хоть и была заманчива, все же Харнер отбросил ее почти сразу. Это было опасно. Если его на этом поймают, ниточка потянется дальше… Душить лифчиком следующие жертвы также не вызывало огромного желания. С пистолетом он управлялся свободнее, и его наличие оставалось незамеченным, в то время как случайное обнаружение при нем женского белья также могло привести к нежелательным последствиям.
По прибытии на станцию Харнер пометил в графике рейсов нужное время. Ночью его никто не проверял, и опоздание в полчаса осталось незамеченным. Пассажиров на обратном пути не было, кроме припозднившегося типа в клетчатом шарфе, но из-за этого ночного пассажира водитель не волновался. Очевидно, у обладателя шарфа по дороге сломалась машина, и теперь тот стремился поскорее добраться домой. Вряд ли этот продрогший от холода человек сможет как-то ему навредить, даже косвенно. Да и где его искать? Харнер не узнал в нем того же пассажира, который ехал сорок минут назад вместе с девушкой задушенной бюстгальтером.

Признаться, Майкла удивило сообщение, что его жена была изнасилована. Сперва он расценил это как полицейский трюк, что заставило его здорово поволноваться. Теперь, после гибели Харнера, он смотрел на это иначе.
Осушив еще рюмку виски, Коул оделся и вышел из дома. С собой он прихватил сумочку покойной жены. Нужно будет избавиться от нее по дороге, как от лишней улики. После убийства он и не подумал о ней, как о вещественном доказательстве.
Его «форд» кидало из стороны в сторону. Немного оттаявший днем снег за ночь превратился в лед. На бензоколонке Майкл залил в бак дизельного топлива, иначе до города можно было не дотянуть.

Утром следующего дня лейтенант Вилсон был в превосходном настроении. Дело было раскрыто, скоро губернатор штата пришлет ему с Парксом чек на кругленькую сумму в качестве обещанной премии… Словом повод для веселья был.
В комнату вошел сержант, неся в руке папку со сводкой происшествий за последние сутки.
— Ну, что там нового произошло? — осведомился с улыбкой лейтенант.
— Три ограбления, два угона, опять много дорожных аварий — гололед; одна со смертельным исходом, — констатировал Паркс.
— Дай взглянуть.
На последней странице городской сводки детектив прочел следующее:
«В 14.25. на пятой миле Ист-сайд-стрийт имело место дорожно-транспортное происшествие. По вине водителя, не справившегося с управлением автомобиля «форд» красного цвета, номер KIL 02107, и из-за гололеда на данном участке трассы, машина сошла с дороги и врезалась в дерево. Водитель погиб, получив травмы черепа и грудной клетки. Экспертиза дала заключение, что незадолго до аварии он употреблял спиртное.
При нем были обнаружены водительские права на имя Майкла Коула с фотографией соответствующей покойному. Также была найдена женская сумка коричневого цвета с документами на имя Мерием Коул. Погибший был одет в черные джинсовые брюки и коричневую нейлоновую куртку, на ногах черные сапоги.»
Детектив отложил сводку. Он был озадачен.
— Ничего не понимаю… — проговорил он тихо.
Паркс его не услышал.

1996г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *