Саботажник. Посвящено игре «Red Alert»

Саботажник. Посвящено игре «Red Alert»

Сквозь пелену тумана выступила ближайшая роща. Дойти бы, не упасть. Ноги словно ватные, но, по крайней мере, сознание начинает возвращаться. Действие гриколевой сыворотки которую мне пустили по венам несколько часов назад, начало отступать. Эти несколько часов я перся сюда практически не отдавая себе отчет. Да, милитарная полиция свое дело знает, особенно теперь, когда наши силы стали ощущать острую нехватку в сырье. К ребятам в белых касках, угодить стало гораздо проще, теперь они выхватывали солдат прямо с передовой за малейшее нарушение. Я попытался напрячь память: весь мой проступок заключался в том, что мимо моей точки сумели проскочить двое пехотинцев из ливанского корпуса. Хотя, какая тут моя вина? Удаляться с места дислокации, было категорически запрещено, а открывать стрельбу из автомата, не имело смысла, ливанцы были не в приделах досягаемости. Чуть впереди их встретил дежурный «гризли», и враги все равно, не дошли до базы несколько километров. Но ребятам из милитарной полиции объяснять что-либо бессмысленно. Главное – нужно найти повод. В моем случае, еще хоть был какой то предлог. А за что схватили к примеру Крейнера из седьмого подразделения? Им просто нужен был очередной «герой», который в случае удачного исхода создал бы условия для уничтожения строительной площадки у ливанцев. Но Крейнер не дошел, и вот теперь, саботажником иду я. Первую половину пути, идешь, практически ничего не понимая, гриколевая смесь делает из юнита, послушного зомби. Потом, когда постепенно сознание вновь возвращается к тебе, повернуть уже поздно. Да и куда поворачивать? Первый попавшийся дозорный, пристрелит тебя еще из далека. На тебе вражеская форма, и это несомненное разрешение выпустить в тебя хоть дюжину обойм, или обдать плазменным огнем из «дьявольской колесницы».
Последнее усилие, и я скрываюсь за деревьями. Теперь можно слегка передохнуть. Здесь самое удобное место; радары противника тебя не замечают, а свои вряд ли сунуться в этот лесок в ближайшие пол часа. Присев в кустах, и сняв неудобные кирзовые сапоги, я шарю в глубоких карманах шинели, в поисках кисета. Ух, эти неуклюжие шинели, и как можно в них воевать? Длиннополые, и чересчур жаркие для летних карт. Эх, если бы было возможно, скинул бы ее к черту, и пошел так. Но этого делать нельзя, враг может сразу заподозрить неладное. А может, попробовать? Вдруг ливанский патруль примет меня за своего, и в качестве наказания за нарушения ношения формы, упрячет до конца миссии в изолятор? А потом, можно будет затесаться среди них, скрыться и никто тебя не заметит, и не узнает, а если и узнает, то после своей победы вряд ли расстреляют. Нет, это какое-то безумие, ливанцы распознают меня впервые же дни, в лучшем случае в течение недели. А между тем, приказ нужно все же выполнить, иначе нельзя. Как бы я не относился к этим мерзавцам, что вкатили мне гриколь, а за разрушенную статую Свободы, я отомстить врагу обязан. Интересно, как она выглядела, я ведь никогда не видел ее даже на картинке, а только слышал, о том, что была такая статуя, и что для нас она играет большую роль. Какую именно, и что такое есть Свобода – нам так и не сказали, пригрозив за лишние вопросы отправить в саботажники. И вот, неминуемый профиль, и вражеская убогая шинель… Все таки нужно было настоять тогда, что бы нам рассказали о Свободе.
Где-то вдалеке, за лесом послышался гул, кто это был, по звукам определить с такого расстояния было невозможно. Надо действовать. Намотав быстрее тряпки, которые ливанцы называли странным словом – портянки, я натянул поверх сапоги.
Итак, вот она какая база! Гораздо больше, и красочнее нашей, впрочем нашу за это время тоже могли отстроить и благоустроить, или наоборот потерять. Прохожу, первый заслон пехотинцев, впереди стоят два «мамонта» и группа электриков. Кажется, никто не обращает на меня своего внимания. Хорошо, мне это и надо. Цель – тесло-станция, отключить цепь подачи, и продержаться десять минут. За это время авиация, которая постоянно крутиться на рейде, должна нанести серию ударов по стройплощадке и рефенари. Вот и ближайшая станция. Неприятности — я в общем был к ним внутренне готов. Не может быть, что бы все прошло гладко. Чем я лучше Крейнера? Три здоровенных пограничных пса, видимо учуяв незнакомый запах, устремились в мою сторону. Интересно, на что их тренируют? – подумалось мне в последний момент. До тесло-станции осталось совсем чуть-чуть, но бежать дальше бессмысленно. Собаки будут рядом значительно раньше. Передернув затвор у ППШ, я стреляю в приближающихся тварей. Самая первая собака, взвизгнув, подгибает простреленные передние лапы и кувыркается через голову. По второй, я никак не могу попасть, она ловко подпрыгивает и уворачивается. Сразу видно – это более опытный пес. Расстояние до тесло-станции уменьшается, а до оставшихся собак уменьшается еще больше. И тут, в меня ударил разряд, посланный одним из стоявших у танков электриком. Вот и второй разряд, выпущенный на сей раз его собеседником. Я перевожу автомат в их сторону, но стрелять уже не могу, мое тело начинает трясти в конвульсиях, по телу пробегают судороги несуще адскую боль и я теряю равновесие. Прямо в лицо мне дышит жаркая пасть, и острые зубы впиваются в горло.
Свобода!

Двое солдат в белых касках подходят к сержанту, и с минуту о чем-то разговаривают. Сержант понимающе кивает головой, и потом выкрикивает:
— Капрал Хадиган!
Из группы выделяется солдат и бежит к командиру.
— Капрал, с сегодняшнего дня вы поступаете в распоряжение милитарной полиции.
— За что сержант? – изумленно, и со страхом в глазах вопрошает Хадиган.
— Таков приказ – сухо отвечает тот.
— Но сержант…
— Вы сегодня плохо выбриты, капрал – сержант отходит в сторону.
По обе стороны от новой кандидатуры в саботажники, уже заняли места полицейские. Когда все трое немного удалились, сержант крикнул в след:
— Вы сегодня будете героем Хадиган! Вся Америка будет завидовать вам!

27.01.2001

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *