Где-то там…

Где-то там…

Будильник прозвенел в восемь двадцать семь. Я встал, прошел в ванную, сделал свежее омовение холодной водой под душем, затем, скорее, по привычке подтянул несколько раз гантели, и отправился на кухню. Мама перед уходом на работу, оставила несколько бутербродов и чай. Как и обычно!

Знаете, день всегда кажется хорошим и многообещающим, когда стартуешь его вот так — с холодного душа, зарядки с участием гантель, а потом перехватываешь несколькими бутербродами и еще не успевшим остыть чаем! Тонус необычный, всем рекомендую! И если не считать странного поступка моего будильника, который отзвенел на двадцать семь минут позже обычного, то день обещал быть хорошим и длинным. Ну а с будильником разберусь позже, когда приду со свидания. С Элей мы познакомились позавчера. Я увидел ее в трамвае, там и подошел к ней. А что тут стесняться? Если девушка едет одна, и она вам нравиться, не упустите момент! Подошел и познакомился, телефон она дала сразу, я обещал позвонить на днях, и теперь сделаю это, как только приведу себя в полный порядок. Буду, надеется, что она не уйдет еще из дома, и я не опоздаю со своим звонком! В комнате включил магнитолу, выбрал пластинку. Так, сегодня утром будем слушать «Оркестр Поля Мориа», — сейчас самый хит! А теперь бриться!

            Когда оскабливал вторую щеку, в дверь позвонили. Ну, кого там еще принесла нелегкая? Наверное, почтальон, да только вряд ли ко мне, — но мама на работе! По дороге к двери, сгреб в карман заготовленные с вечера «двушки» которые вскоре должны отправиться в телефон-автомат, для звонка Элиным соседям. Именно соседский телефон  она мне и оставила тогда, в трамвае, а своего у них в квартире пока нет, как впрочем, и у нас.

—           Кто там? —  спросил я,  не дожидаясь ответа, крутанул ручку замка.

На пороге стоял незнакомый мальчишка, и во весь рот улыбался, будто встретив своего долгожданного дружка с соседнего двора, который провел до этого смену в пионерском лагере.  Но смотрел он на меня.

—           Тебе чего? Макулатуры — нет, сразу говорю… — решил я пойти в наступление. Мальчишка рассмеялся.

—           А мне макулатура не нужна! Зачем мне макулатура? — спросил теперь уже он.

—           Откуда мне знать? Зачем пришел-то?

—           Мы железо старое собираем! Хотим космический корабль строить! А бумага нам нужна, не будет, разве что совсем немного, — для топлива.

—             Железо? У меня только будильничек неисправный есть.  Сгодиться?

—           Неисправный? — уточнил  мальчишка, — давай! А попить еще можно у тебя?

—           Можно, — усмехнулся я, — а почему ты на «ты» со мной?

—           А надо на «вы»? Я думал по возрасту мы не так уж и далеки…

—           Ну, заходи, что на лестнице разговаривать, — жестом приглашая войти, впустил я. Мальчишка вошел смело,  и будто бывал у меня в гостях ни раз, направился на кухню.

—           Эй, а обувь снять? — крикнул я вдогонку, но тот уже исчез за кухонным проемом.

Закрыв входную дверь, я последовал за ним.

—           Тебе сколько лет, и кто тебя хорошим манерам учил?

—           Тридцать один, как и тебе. Поэтому и обратился на «ты», пояснил мальчишка.

—           Все шутишь? Нехорошо, так со старшими разговари… — начал было я нотацию, но осекся. Откуда этот мальчишка узнал мой возраст? Значит, не случайно пришел? Удивленное выражение лица, его только развеселило еще больше.

—           Тащи свой будильничек, — посмотрю! — ответил он на застрявшее в удивлении замечание.

Послушно, я отправился в комнату за часами, а когда вернулся на кухню, мой гость, уже разливал чай, а возле второй кружки, лежал надкусанный им бутерброд.

—           Я сегодня ни ел еще. Если позволишь… — попросил он.

—           Можешь. Только объясни, что происходит!?

—           Обязательно! Только ты, думаю, не поверишь. Поэтому, садись рядом, а я буду рассказывать!

Ситуация мне нравилась все меньше и меньше, но выбора кроме как выставить самозванца за уши или все-таки понять, что тут происходит, у меня не было. Первое, конечно, было легче, но не дало бы совершенно никаких объяснений, и я выбрал второй вариант, решив повременить с реализацией экстренного плана.

—           Я попытаюсь, — ответил я.

—           Окей, — на западный манер ответил он, — тебя зовут Валентин, не так ли?

—           Так, и что дальше? Может быть, теперь сам представишься?

—           А меня Алексей! И самое интересное, — мы с тобой близкие родственники!

—           Вот как?      Откуда же ты взялся, — Алексей?

—           А вот тут и начинается вся фантастика! Только ты уж поверь, потому что иначе других объяснений я тебе дать не смогу, не будет их просто у меня. Вот будильничек твой сломался совсем, думаешь случайно?

—           Да ведь он и не сломанный вовсе, это я пошутил!  Отстал только со звонком, вот и все.

—           Сломался! — уверенно повторил Алексей. — Я же точно знаю, да ты и сам послушай, уже не ходит он. А зато чай у тебя прикольный! Грузинский, наверное?

—           Допустим грузинский, а что в этом прикольного? — немного раздражаясь на гостя, спросил я. Будильник и вправду не работал!

—           Да я уже и не помню, как этот грузинский чай пахнет. Все индийский, да индийский…

—           Хорошо живешь, значит? А в какую школу ходишь? — решил я перехватить инициативу разговора.

Алексей замотал свободной от кружки с чаем рукой, и после долгого глотка произнес:

—           Не хожу совсем!

—           Значит и не пионер?

—           Давно не пионер! — с тоном внутреннего достоинства сообщил он.

—           А кто же? Может быть комсомолец? И то, уж  и не знаю, каким словом тебя присягнуть на правду просить…

—           Был им когда-то, давно. А зачем просить? Я и так тебе правду говорю! Хочешь, даже твоим здоровьем могу поклясться?

—           Нет, моим не надо!

—           Ну как знаешь… А вообще, ты не представляешь, как мне тут хорошо! И с тобой вот говорить, приятно! Очень!

—           Не скажу что это взаимно! Но с удовольствием послушаю дальше. Что тебе надо от меня?

—           Окей! — ответил он, — ты вроде успокоился немного, так что могу рассказать! Ты ведь фантастику любишь, я знаю. Как тебе вариант с перемещением из другого измерения?

—           Не подойдет! Это всего лишь фантастика! Но откуда знаешь, что я, ее люблю?

—           Оттуда и знаю. А часы твои сломанные, — тоже фантастика?

—           Нет, тут ты прав. Но я же сам сказал, что могу их отдать, а ты предположил…

—           Не надо, я знал, что они сломаны! У тебя еще в доме есть часы?

—           Ну, допустим… — предчувствуя неладное, сказал я.

—           Они тоже сломаны, — уверенно, словно вынес фатальный приговор — произнес гость.

Я протянул руку на полку,  и взял свои наручные часы «Электронника-5». Часы работали, как ни в чем не бывало!

—           Ни эти! Я про механические часы говорю.

—           Механических больше нет, — с облегчением ответил я.

—           Тогда повезло! Ты уж извини, но это от меня не зависит, вернее — мало зависит.

—           А побыстрее не можешь? Мне скоро уходить надо.

—           К Эле?

—           Допустим, а откуда знаешь?

—           Если к Эле, то хорошо! — ответил мальчик. — А вообще, мне твоя помощь нужна.

—           Помощь? Мало тебе чая моего с бутербродами? Ворвался, часы сломал! — вскрикнул я.

—           Ну-ну, не суетись ты, — заулыбался мальчишка. — Ты пойми, я именно к тебе не просто так пришел.

—           Так говори, что резину тянешь?

—           Мир, не всегда такой как нам кажется, он многослойный, но мы то его видим будто мир един, потому что сами прибываем в одном из слоев. Представь, что ты живешь здесь, а я в другом мире.

—           С натугой, — ответил я.

—           Ну, можно и  с натугой. Главное что представил! А вот я не только представил, но и научился переходить из одного в другой.

—           Значит ты пришелец? — с иронизировал я.

—           В некотором роде. —  Гость, отнеся к моей фразе вполне серьезно. — Я могу видеть путь перехода, и пройти по нему оттуда сюда, и обратно. Так уж получается, но не спрашивай меня — как, я этого и сам не знаю. И все бы хорошо, но здесь я становлюсь лет на двадцать моложе, чем на самом деле.

—           Значит ты вроде как мой ровесник сейчас?

—           Именно так. Хотя здесь, выгляжу лет на десять.

Это было абсурдом, но что-то заставляло меня верить этому… мальчишке. Его разговор, и манера держаться был ни как у десятилетнего, а тянули на моего одногодку.

—           И зачем ты пришел именно ко мне?

—           А вот тут все не так просто. Надеюсь, что ты поможешь мне в этом разобраться.

—           Почему я?

—           Для начала позволь рассказать другое!

—           Ладно, пусть так, но мои вопросы не забудь.

—           Мой мир… — он очень похож, если хочешь, то он как бы искаженное зеркало этого. Там, в нем есть и наш общий город, и многое, многое другое. Словом, — это тот же самый мир, и люди в нем те же, но и отличий много. Вот сейчас какой год у вас?

—           У нас 2005-й, а у вас?

—           И у нас. Даже день совпадает. Но вы — это как бы наша история. То, что сейчас происходит здесь, в нашем мире прошло лет как  тридцать назад. События я имею ввиду…  в тоже время, все, что происходит здесь, чем-то отличается  от нашей собственной истории. Похоже, что вы — это наша резервная копия. Если у нас история идет не правильно, то ведущей станет ваша, а если будет серьезный сбой у вас, —  наш мир будет в основе. А может быть и не наш. Мало ли еще альтернативных миров? Я этого не знаю, но допускаю что еще не один. Проход я вижу только сюда, — в этот.

—           И зачем ты сюда ходишь тогда? Для какой цели?

—           Интересно. Тем более, — это возможность посмотреть, какими  были мы, тридцать лет назад…

—           Значит я в том, другом мире. Сейчас уже шестидесяти двух летний старик? — не выдержал я.

И тут, Алексей опустил глаза, а улыбка слетела с его лица.

—           Я пришел к тебе не просто так, ты прав абсолютно. И мне очень интересно  взглянуть на тебя молодого!

—           Что это значит? — с тревогой спросил я. Внутри все сжалось, от предчувствия чего-то очень шокирующего.

—           Ты, — с некоторой паузой,  произнес гость — мой отец. После этих слов, он пристально посмотрел на меня. И вот тогда, в тот самый миг, я понял — он не врет! Все от начала и до последнего слова, — это правда! Я увидел в нем очень похожего на себя самого, только десятилетнего мальчишку. Мои глаза, нос, губы…

—           Ты, мой сын? — я был в тот момент растерян, а как же иначе? Когда вот так просто, к вам заявиться незнакомец и объявит себя вашим сыном из непонятного мира будущего.

— Папка! —  Не выдержав, скрываемых за улыбкой и обманчивым весельем чувств, прокричал мальчишка и бросился мне в объятия! Кухонный стол, задетый им, дернулся в сторону, скидывая вон тарелки с бутербродами, граненые стаканы, и кружки с чаем. Мальчишка обнимал меня, и плакал, плакал так сильно и горько, и я не выдержав сам, не понимая чего, разрыдался тоже. Так мы сидели,  в объятиях друг друга долго-долго, и казалось что никаких слов тут не нужно. Они были лишними тогда, —  эти слова.

Я так и не позвонил Эльке в тот раз, решил, что сделаю это в воскресенье. Мы ходили целый день с Алешкой по городу, я водил его в кинотеатр на индийский фильм, но ни я ни он ни стали следить за фильмом, а думали  о сущности одних и тех же, таких сложных, непонятных, и вместе с тем простых и обыкновенных вещей… А еще, я думал о чуде, о неведомом проходе, который можно создать усилием только одной воли,  но до этого заранее неделями готовить себя к духовному переходу, и  очутиться  в соседнем мире, где все знакомо, но совершенно другое, непонятное и чуждое.

А вечером, мы пошли с Алешкой, на концерт Владимира Высоцкого. Я давно уже купил на него билеты, и планировал пригласить одну из своих подружек. Наверняка мы пошли бы туда сегодня с Элькой.

Хриплым голосом певец кричал с подмостков веселые и грустные песни, а Алешка, которому было сейчас, как и мне — тридцать один, сидел и то и дело утирал от слез свое детское лицо.

            Он так и не рассказал мне многого, что я хотел знать, но обещал  быть моим ангелом-хранителем, ведь путь сюда ему известен. А я думал о нем, о том, кем он стал в своем мире, что же случилось с моим двойником там, у них…

—           Наш мир? Ну что я могу рассказать тебе о нем? — говорил Алешка, — там другие моды и другие взгляды на жизнь, вы здесь боитесь атомной войны, а мы там боимся соседей, у вас мода на большую мебель, а мы стремимся иметь в квартирах только самое необходимое. Вы хотите через пять лет установить в каждой квартире телефонную связь, а мы не знаем куда деться от переизбытка беспроводных коммуникаций и устаревших компьютеров… Но, ты знаешь отец — мне нравиться тут у вас, а вот тебе вряд ли понравиться наш мир. Если хочешь, быть может я когда-нибудь, покажу его тебе.

Я пришел  домой поздно ночью, городской транспорт уже не ходил. А потом я еще долго думал об этом самом долгом дне моей жизни, думал о сыне моего двойника, и о моем будущем сыне здесь, я думал и  о той, с кем встречусь завтра.

И еще, мне было очень грустно, что где-то там, за гранью видимого, находятся параллельные миры и мы словно слепые котята все ходим вокруг да около, и не замечаем друг друга.

Андрей Лагута

20.02.2005

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *