Запись девятая: Новолетие

Запись девятая: Новолетие

Запись девятая: Новолетие
Запись девятая: Новолетие

Новый год, всегда начинается первого сентября. Это я знал твёрдо с первого класса. Отчего-то запоминался и проживался по-особому всегда именно этот тревожный и волнительный день. Издревле на Руси, летоисчисление вели с начала осени. Быть может, в извилины втёрлась остаточная рудиментарная память, унаследованная от предков? Я не мог найти точного объяснения. Почему первое сентября для меня так важен?
Отчего перекрывает остальные дни в году, даже теперь, когда навсегда окончены школа, училище, и вуз?

Штирлиц, где вы находились вечером первого сентября 1990 года? Что же, я хорошо помню тот день. Документы подал в восьмой класс вечерней школы. Улица Вене в средневековой части города, жёлтого цвета двухэтажный дом с чердаком, превращённым в полноценный третий этаж. О третьем этаже, это чуть позже. А сейчас, мы внизу, на первом в кабинете химии. Мы, это я, Борька, наши мамы и куча других родителей, кто пришёл знакомиться с новой классной руководительницей своих чад. Тамара Михайловна, была к нам добра, и благоухала в пышных букетах. Тётя Таня, удивила необъятной охапкой гвоздик, случайно купленных ей за один рубль от покидавшего старый город цветочника. Тамаре Михайловне про демпинговую цену на подарок, разумно никто не сообщил. Пусть себе думает, что за этакий букет всю зарплату месячную отдали. Нам только в плюс. Тётя Таня, — Борькина мать и подруга моей мамы. Шутка ли, жили в одном доме, и даже квартиры расположены через одну, на лестничной площадке.
После школы, в тот день мы шли разными путями. У отца душа обо мне, болела всегда. Быть может острее эти страдания он ощущал потому, что в раннем детстве ему разрешали видится со мной лишь по предварительной записи. После, когда воспитательный момент был упущен, нарастить привязанность ему так, и не удалось. Впрочем, я всё-таки его любил. Кровь и гены, сшивают людей крепче всего.
Мы шли по булыжной мостовой, по улице Пюхавайму, что переводится как Святого Духа, вышли на Ратушную площадь и завернули на самый маленький и узкий в Таллине переулок. Отец спрашивал о планах на жизнь и будущее, хотел конечно помочь, а как поможешь? Это странно, но я никогда не просил у него денег. Они мне просто были не нужны его деньги. Не из-за гордости, нет, просто все потребности на тот момент, у меня были надёжно перекрыты, а я не был алчным или особенно прихотливым. Что и говорить, в те времена житейских соблазнов имелось не так много как сейчас. Я что-то отвечал отцу, а он делился своими планами. Перестройка давала надежду и манила отца коммерческой удачей.
Я не просил и не хотел как-то отмечать тот день, но мы уже миновали улицу Ваксали, нырнули и вынырнули через подземный переход и вскоре, пересекли железнодорожный вокзал. Достигли бара «Ильматар». Отец предложил шашлык. Я скромно отказался. Теперь смешно, но тогда мне было жаль его денег. Зато теперь я до сих пор помню вкус того самого чудесного шашлыка изготовленного по азербайджанскому рецепту. Более же понравился дорогой морс, со сказочным ароматом называемый «медок».
Дошли до дома, когда совсем стемнело. Поднялись на третий этаж. А там! Рогинский Даник, ещё один мой звёздный дружок. Он жил по соседству, а сейчас зашёл в гости, не застал и решил подождать. Пил чай с бабушкой, а затем как-то так получилось, что заприметили они в окно яркий осенний Сириус. Мерцал он небывало, да так, что прямо перед нашим возвращением, они умудрились позвать вернувшихся раньше, не только Борю и его маму, но и совершить звонок в милицию, а после на метеостанцию. Мол, как так, и что такое! Странный объект в небе. Двигается быстрее всяких звёзд. Непорядок! Сириус действительно был непонятен и магнитил вечностью.
Девяностый.
Вечер.
Первое сентября.
Нежность на исходе летнего тепла.
Осталась.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *